«Никуда ты, мама, не пойдёшь»

Взрослый сын обиженно кривил губы и брюзгливо тряс вторым подбородком.

«А я запрещаю тебе идти к твоим подружкам!», — сварливо бубнил он и шел за Риммой Карловной из комнаты в комнату.

Нигде от него не было покоя. С тех пор, как её Павлуша развелся и вернулся жить в отчий дом, жизнь Риммы Карловны стала смахивать на каторгу.

Принеси, подай, постирай, приготовь… И жалобы, упреки, нытьё. Римма понимала, почему жена развелась с Павлом, и почему он не может никак найти ей замену — тоже.

Хотя…он не очень-то и искал. Его вполне устраивало, что за ним присматривает мать.

И искать работу Павел не торопился. То коллектив ему не нравился, то начальник не по душе, то зарплата не по нраву. А то и всё в совокупности. Так прошло уже восемь месяцев.

"Никуда ты, мама, не пойдёшь"

А Римма устала. Ей жить хотелось, свободно и весело. Пусть на скромную пенсию, не по Парижам, но хотя бы в кафе с подругами Ольгой Марковной и Дарьей Федоровной можно сходить?

А оказалось, нельзя.

«Пирог мне приготовь, яблочный. Всю неделю не допрошусь никак. И сметаны побольше, как я люблю», — строго заявило чадо тридцати восьми лет и потрясло ключами от входной двери. — «Ключи у меня будут. А то знаю тебя, улизнешь.»

Сын выглядел взвинченным и раздражённым. Казалось, ждал повода, чтобы сорваться. Недалёк был тот момент, когда от криков он решит перейти к рукоприкладству…

Римма горестно вздохнула и побрела на кухню. На улице она уже не была пять дней. А так хотелось просто пройтись, подышать воздухом, подставить лицо ветру и, наконец, придумать, как решить проблему с сыном.

Уже ночью, когда пирог был давно благосклонно съеден, а Павлуша крепко спал, Римма вдруг решила, что всё, с неё хватит.

И бесшумно заметалась по комнате, собирая самое необходимое, вещи, деньги, документы. В кладовке нашлась стремянка, а квартира, к счастью была на первом этаже.

Римма усмехнулась, вскарабкиваясь на подоконник. Кому еще в пятьдесят восемь лет доведётся улепётывать из дома через окно? Благо она была в хорошей форме, занятия йогой держали в тонусе.

Но всё же спустить стремянку, балансируя на подоконнике, было непросто. Римма уже почти отчаялась и хотела прыгать (даже перспектива сломать ногу не была так страшна, как заточение). Однако, вмешался случай.

«Вам помочь?» — совершенно неожиданно раздался приятный мужской баритон с улицы.

Там, на освещенный фонарем асфальт вышел мужчина на вид чуть постарше Риммы.

«Я давно за вами наблюдаю. Давайте стремянку. Вот. Так. А теперь ножку сюда. Отлично! Сейчас поддержу… Вот, умница».

Римма и опомниться не успела, как оказалась с чемоданом на свободе. А уже через миг, сбиваясь от волнения, рассказывала незнакомцу о своей беде.

Иван Демидович оказался замечательным слушателем, да и человеком интересным. А отважная барышня, сбегающая через окно, так поразила его воображение, что вспыхнувший интерес быстро перерос в влюблённость.

…спустя несколько месяцев, на своей свадьбе Римма безуспешно высматривала в толпе сына. Приглашение было отправлено заранее. Но он не пришёл.

Зато пришли подруги Ольга Марковна и Дарья Фёдоровна, с цветами, воздушными шарами и огромным плюшевым медведем. С одобрением оглядели жениха, так, что Иван Демидович даже слегка зарделся.

И вынесли вердикт:

«То, что надо! Счастливая ты, Римма!»

 

«Никуда ты, мама, не пойдёшь»

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.