Запрещённый приём

 

Запрещённый приём.

Запрещённый приём.

– И откуда только берутся такие люди?

Негодовала Тамара Николаевна. «Такими людьми» была её соседка по подъезду Мария Сергеевна.

– Нет, ну это надо – продолжала возмущаться Тамара Николаевна – все люди как люди, а эта, тоже мне, корчит из себя праведницу. Подумаешь, убирается она в подъезде. Моет там, чистит. Да чего там убираться, там и так чисто. Вон, лучше бы своему оболтусу ботинки новые купила, а то ходит в рванье.

Тамару Николаевну очень раздражало, что Мария Сергеевна убирается в подъезде дома, где были расположены их квартиры, бескорыстно, регулярно и без претензий в чей-либо адрес. Ей казалось, что это она делает ей назло. «Оболтусом» был сын Марии Сергеевны семиклассник Володя. Обувь, которую он носил, была не новая, но «рваньём» её назвать было трудно.

– У самой денег «куры не клюют», а на сына жалко потратить.

– Да, да.

Согласились с ней, рядом сидевшие женщины.

– А ведь тоже, в церковь ходит, свечки ставит.

Не успокаивалась Тамара Николаевна.

– Вот и сегодня, небось пойдёт.

Был тёплый летний субботний день. На лавочке возле подъезда, где расположилась Тамара Николаевна со своими собеседницами, сидеть было приятно.

– Пойдёт, пойдёт.

Услужливо поддакнули кумушки. Действительно, в скором времени из подъезда вышла скромно одетая, миловидная женщина средних лет. Это была Мария Сергеевна. Настроение Тамары Николаевны сразу изменилось.

– Здравствуйте Мария Сергеевна!

Её лицо, расплывшееся в улыбке, выражало чувство глубокого уважения и преданности.

– В церковку собрались? Сходите, сходите. Помолитесь там за нас грешных. Нам-то уж тяжело ходить, старость – Тамаре Николаевне было чуть за 60 – а вам молодым сам Бог велел.

По мере удаления Марии Сергеевны, лицо Тамары Николаевны приобретало привычное завистливо-злобное выражение.

– Пошла, пошла. Денег у Бога просить – пошутила Тамара Николаевна. Соседки по скамейке услужливо захихикали. Обсудили ещё несколько, попавшихся им на глаза, жильцов дома. «Пьяницу» Юру, «дебошира» Серёжу и «неряху» Петровну.

Наступал вечер. Говорить больше было не о чем, а обсуждать некого. Пора было расходиться. Но никто не решался уходить первой. Все по опыту знали, что оставшиеся обязательно обсудят ушедшую. Как правило, кто-то из женщин не выдерживал и уходил. Оставшиеся с наслаждением «перемывали ей косточки» и с чувством выполненного долга расходились. Тамара Николаевна всегда оставалась в числе последних. Но сегодня был особый случай. Ей нужно было идти. Все это знали и терпеливо ждали момента своего «триумфа». Молчали. Напряжение нарастало. И тут, Тамара Николаевна применила «запрещённый приём».

– А что, Нюра – сказала она одной из женщин – пойдём домой, что нам с этими сплетницами сидеть.

Такой «подлости» от Тамары Николаевны никто не ожидал. Возмущению женщин не было предела. Завязалась перебранка. И ещё долго в открытые окна жителей ближайших домов долетали визгливые женские крики.

 

Запрещённый приём

Спасибо!

Теперь редакторы в курсе.