Самый обычный гений Николай Гриценко — экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды

Талант актёра был признан гениальным еще при жизни. Спектакли с его участием шли с аншлагом. А в кино, сокрушался актёр, ему так и не выпала та роль, которая стала бы его визитной карточкой. Но даже короткое появление Николая Гриценко на экране становилось шедевром.

Самый обычный гений Николай Гриценко - экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды.

Все помнят его надменного Каренина из толстовской экранизации, вальяжного фашистского генерала в «Семнадцати мгновениях весны», заговорщика Сперанского в «Адъютанте его превосходительства» и всех баронов, гусар и шпионов, в образах которых артист всегда являлся талантливо убедительным и ярким.

Самый обычный гений Николай Гриценко - экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды.

В 1937 году пришёл в театр имени Евгения Вахтангова, в котором вскоре стал одним из ведущих мастеров сцены.

Самый обычный гений Николай Гриценко - экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды.

О непредсказуемом характере Николая Олимпиевича в театре ходили легенды.

В актерской тусовке есть история о случае на культовом спектакле «Принцесса Турандот», произошедшем в 1963 на сцене Вахтанговского. Полный зал зрителей, Гриценко выходит в роли Тартальи.

Режиссер Рубен Симонов не сводит с него глаз. Перед спектаклем он попенял актеру, что тот не импровизирует, а постановка того требует!

И Гриценко, выйдя вальяжно на авансцену, начинает по сценарию знакомить зал с актерами. Представляя юного Василия Ланового в образе принца Калафа, он выдаёт:

Самый обычный гений Николай Гриценко - экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды.

Закатив после спектакля грандиозный скандал, Симонов навсегда запретил актеру импровизировать.

Относясь снисходительно, а порой даже уважительно к чудачествам актёра, коллеги высоко ценили талант великого собрата по ремеслу.

Самый обычный гений Николай Гриценко - экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды.

Приход бывшего техника из Днепропетровска в актерскую профессию не был случайностью и просто не мог не состояться. На сцене он играл так, что в облике сценического персонажа его даже родная мать могла не узнать.

Однажды так и было. Приглашённая сыном на премьеру постановки «На золотом дне», в которой Николай Олимпиевич выступал в образе бывшего золотопромышленника, просмотрев первый акт, она растерянно воскликнула: «Когда же появится Коля?»

Самый обычный гений Николай Гриценко - экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды.

Но если на сцене он вызывал восхищение, то вне ее бывал разным. Он плохо выражал свои мысли и при этом на собраниях любил брать слово и долго говорить. Устраивал скандалы на пустом месте. Если ему нечаянно наступят на ногу, кричал, что над ним нарочно издеваются. Владимир Этуш называл это необычной «человеческой индивидуальностью», а ещё «отрицательным обаянием».

Свою огромную библиотеку актер собирал по сочетанию цветов книжных переплётов. Когда Николай спросил зашедшего к нему Вячеслава Шалевича, какого цвета недостает в его книжной коллекции, тот с юмором ответил: «Купи Майн Рида, он фиолетовый». И у Николая Олимпиевича появился Майн Рид.

При этом читать актер не любил совсем. Даже сценарии, которые присылали ему для ознакомления, по воспоминаниям гражданской жены Галины Кмит, приходилось читать ему вслух. Галина в шутку говорила, что будет их ребёнка заворачивать в газеты, чтобы ему не передалась отцовская нелюбовь к чтению.

Были ли у их общего с Галиной сына Дениса газеты вместо пелёнок, история умалчивает. Но великий вахтанговец признавать его отказался. Верх над разумом взяла гениальная скупость: он не намеревался тратиться на алименты.

Была у актера ещё дочка Катя от брака с Инной Малиновской, к которой, говорят, он питал истинно отцовские чувства.

Самый обычный гений Николай Гриценко - экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды.

Официальных и гражданских браков у знаменитого вахтанговца по причине любвеобильности было много. Среди его пассий встречались не только представительницы актерской богемы, но и врачи, инженеры, архитекторы…

Но, говорят, по-настоящему страдал мужчина, лишь когда от него ушла Ирина Бунина. Украинской актрисе, известной зрителям по фильму «Вечный зов», тоже тяжело далось расставание с Гриценко, которого она искренне боготворила, но жить с ним было ещё тяжелей.

Самый обычный гений Николай Гриценко - экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды.

Единственной семьей и настоящим домом для Николая Олимпиевича стал театр. А потому смерть учителя и благодетеля Рубена Симонова он перенес как личную трагедию.  «Жизнь кончилась!» — произнёс он у гроба своего мэтра. Возможно, подразумевая свою актерскую жизнь…

Простои в работе теперь актер сполна замещал выпивкой. Начались потери памяти. Играя роль генерала в картине «Семнадцать мгновений весны», он читал текст своей роли по бумажкам, расклеенным вокруг. И тем не менее его образ получился одним из ярчайших в картине.

Пристрастие к алкоголю усугубило застарелую болезнь сосудов, и это постепенно разрушало его личность. Последней супруге нередко приходилось вызвать «скорую». Так однажды великий актер попал в психиатрическую больницу.

Там и настиг 67-летнего мужчину ужасный финал. Страдавший провалами памяти, больной взял из холодильника чужую еду и был избит соседями по палате до смерти.

Самый обычный гений Николай Гриценко - экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды.

Спасибо, что был. Таким исключительным, ни на кого не похожим, эксклюзивным во всём. Спасибо, что есть. В вечных кинообразах, которые помнятся, будто живые люди, встретившиеся на жизненном пути.

Поклонники актёра пишут:

Самый обычный гений Николай Гриценко - экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды.

К этому можно много чего добавить. Но всё равно будет мало.

 

SkVer
Самый обычный гений Николай Гриценко — экранный барон, гусар, шпион, погибший в психбольнице из-за чужой еды
Диана Арбенина: Если бы Бог меня не вел, на этом свете меня уже не было бы