Законник

— Вот вы машину на дорожку поставили, а это пешеходная дорожка, — он улыбается и смотрит ясными голубыми глазами.

— Хорошо, уберу, — отвечаю я радостному деду. — Мне несложно.

— Конечно, несложно. Пять секунд. Я специально предупредить прибежал, а то, знаете…

Он замолкает и ждет, пока я сдаю назад на своем неповоротливом джипе.

— Что?

— Да тут просто опасно машину оставлять. Клиенты — вон те, что на спа, и те, что в поликлинику частную, ставят машины, а потом дед Законник приходит и бьет их. Прям палкой по капоту…

https://avatars.mds.yandex.net/get-zen_doc/101122/pub_5c91d14067fa3e00b398999a_5c91d14b45d59200b5597426/scale_600

— Так его в конце концов посадят… — я заинтересовываюсь. Вижу, что есть возможность узнать об интересном персонаже. Вылезаю из-за руля. Мой собеседник — подтянутый спортивный мужчина где-то за пятьдесят, может, к шестидесяти. Понятное дело, местный. На морщинистом лице «вечный» загар. И яркие-яркие голубые глаза.

— Не посадят, — отвечает. — Он даже не выплатил ни копейки. Все суды выигрывает. Сутяга.

Я задумываюсь. Смотрю, достаточно ли я отъехал от дорожки. Вроде, достаточно. Мне все равно нужно дождаться жену. А голубоглазый не уходит.

— Скажите, ведь вы с ним знакомы?

— С кем?

— Ну, с дедом Законником, что машины калечит, а потом суды выигрывает.

— Знаком, конечно, — он широко улыбается и добавляет: — Его здесь в Береговом все знают.

— А в чем его мотив?

— Ась?

— Ну, для чего он это делает? Что ему нужно?

— Как «что нужно»? Ясно что. Чтобы не ставили машины на дорожку.

— Понятно. Ну, мне тоже не нравится, когда закон нарушают…

— А машину на дорожку поставили.

— Ведь я же убрал. Но вот скажите. Ну вот мы с вами, например, не рушим машины, которые формально нарушили закон, но никому не мешают…

— А ведь ему мешают, — мой голубоглазый собеседник становится суровым. — Нарушают же закон, так?

— Так.

— Ну вот. Вот дед их и наказывает. По закону.

— Погодите, ну по закону надо ГИБДД вызвать. Оштрафовать нарушителя. А не палкой по капоту.

— ГИБДД? Вы их вызвать пробовали? Да они к следующему вечеру только и приедут, — он смотрит на меня вызывающе. Голубые глаза его, кажется, видят меня насквозь.

— Не пробовал. Меня обычно не сильно беспокоят вопросы неправильной парковки.

— Никого не беспокоят. И ГИБДД тоже.

— Ясно, -говорю, — значит, надо палкой.

— Получается так.

— Так ведь убить его могут.

— Могут. Но не убили пока. Все, кто могли его по голове стукнуть и закопать, сами закопанные лежат. И «каски» у всех. Вот и не связываются…

— Ясно, — говорю. — У меня тоже КАСКО, и гоняться за дедом я бы не стал.

Мы молчим. И раз уж он не уходит, я прошу:

— Расскажите про него. Кто он? Почему стал таким?

— Ась? В чем его мотив? — он широко улыбается.

— Да нет. Просто про человека.

— Ну, жил мужик, жил. Военный он. Служил, пока козлы страну не развалили. Уволился из рядов. Пошел на судостроительный работать. Пока козлы не закрыли завод. Ну и совсем на пенсию переселился. Жена хвостом крутанула.

— Развелась в смысле?

— Ушла. К сестре жить. Ты, говорит, стал невыносим. Законником его прозвала. Мол, придирался к ней.

— А она-то что?

— Много чего. И по счетчику воды не вовремя показания…

— Ясно.

— Жалко ее, — он вдруг как-то сморщился, точно откусил лимон. — Как теперь одна-то жить будет в пожилом возрасте?

Я вздыхаю. Пожимаю плечами, всем видом стараясь показать, что да. Жизнь трудная.

— Ну, — говорю, — ничего. Ему, наверное, тоже непросто. Обслуживать себя на старости лет.

— Этот справится. Он все умеет. И дел у него много, — мой собеседник вдруг широко улыбается. — За козлами-то надо следить. Те, которые неверно паркуют автотранспорт. Только, может, вечером трудно. Когда телевизор надоедает.

— Это да. Надо.

— Но вы отъехали. Вам бояться нечего. Ладно. Пойду. На рынок схожу. Счастливо оставаться.

— До свиданья. Спасибо за беседу.

Я смотрю ему вслед. Он идет, чуть сутулясь, уверенной походкой делового человека или бывшего военного… И тут, наконец, я догадываюсь:

— На рынке тоже парковка?

Он оборачивается и смотрит на меня своими святящимися голубыми глазами:

— Да. До белой линии. Если, стало быть, по закону. До белой линии.

Передо мной счастливый человек. Он будет занят весь день, борясь и перевоспитывая козлов.

И ему никогда не бывает грустно. Может, только вечером…

Когда надоедает телевизор.

Борис Мирза

SkVer